Славим Пресвятую Деву

Знатоки церковной культуры нашего времени специально замечают иногда, что Великий Пост является временем особого прославления Богоматери (в субботу пятой седмицы Поста, например, читается в нашей практике Акафист Богородице, а сама эта суббота приобрела даже особое название — «Суббота акафиста»; у греков этот Акафист, разделенный на четыре части, читается по пятницам первых седмиц Поста; великопостная богослужебная книга Триодь определяет двунадесятый праздник Благовещения Пресвятой Богородицы, например, вообще словно бы совершенно принадлежащий только времени Великого Поста — «Благовещение смотрением Божиим неизглаголанным во святей Четыредесятнице присно обретаемо»; в греческой богослужебной практике в день Благовещения в Великий Пост отменяется вся великопостная служба с земными поклонами...). Такое специальное особое прославление Матери Девы какой-то частью церковного народа воспринимается, наверное, как не нуждающееся в особенном обосновании (наверное, такое множество естественно славящих Богородицу во многом слагается прежде всего из женщин старшего возраста, естественно в опыте своей жизни проникшихся всем доступным человеку опытом материнства). Но многим людям нашего времени, наверное, все же бывает небесполезным ответить на вопрос о том, чем обусловлено такое особое внимание к личности Девы именно во дни Великого Поста.

Пробуя выразить возможные рассуждения на эту тему, заметим, что события страданий Господних — самое средоточие Евангельских повествований. И в отношении этих событий самым главным вопросом может быть вопрос о том, Кто это есть Тот Самый, с Кем произошли эти события?

Если Он есть только человек, то нет оснований говорить о совершенной победе над грехом и восприятии нами плодов такой победы; нет оснований говорить о Новом Завете, о Церкви и вообще обо всем, чем дорожит христианское сердце. Но совсем другое дело, если Он есть именно Богочеловек, пришедший в мир пожить с человеками, безгрешно претерпеть все то, что выпадает на долю всякого человека, и претерпеть еще большее — совершенно несправедливые страдания, добровольную позорную казнь и смерть на позорном для тогдашнего мира Кресте, — после чего действительно «яко Бог воскреснуть из мертвых...».

Может быть, именно поэтому в Великий Пост мы так отчетливо говорим о Его рождении, о Родившей Его, единственной знавшей в величайшей степени тайну этого Рождения. В Великий Пост, когда мы созерцаем страдания Спасителя, всю Его земную жизнь, нам очень важно всегда иметь в сердцах мысль о воплощении Бога Слова, о том, что Евангельские события не есть что-либо обыденное (в смысле — происходящее только лишь с простым человеком), но есть события, совершившиеся под сенью Рождества Христова, под сенью воплощения Бога Слова! Поэтому рождественская тема, выражаемая в славословиях Божией Матери, так неотступно следует во дни Великого Поста за повествованием о всей Священной истории и о страстях Господних в частности...

Конечно, подобные важнейшие причины соединяются и с некоторыми «сопутствующими» и, в свою очередь, немаловажными для полноты реального восприятия Истины обстоятельствами. Это такие именно обстоятельства, которые делают царское, первосвященническое и пророческое служение служением именно Господа Иисуса Христа как неповторимого и недостижимого в высотах этих служений Царя, Первосвященника и Пророка.

Мы знаем (и в примерах, скажем, Ветхозаветной истории), как царское достоинство какой-либо первейшей личности может умаляться по причине сомнительных поступков ближайшего родственного окружения таких личностей. Но в то же время непорочность всей царствующей семьи бывает несомненной твердыней ее Главы. В этом смысле непорочность Девы и Ее земной жизни была твердыней достоинства Сына; а теперешнее (открывшееся нам после Ее земной жизни) Божественное достоинство Богоматери как Царицы Небесной соединяется с Царством Ее Божественного Сына.

С древнейших времен и Первосвященство неразрывно связывалось с требованием самого высокого семейного благочестия таких служителей; непорочность Девы естественно подтверждает права Господа Иисуса Христа как Совершителя спасительной Жертвы...

Рождество и Пасха сопутствуют друг другу во всякое время церковной жизни, особенно в Великом Посту.

Протоиерей Леонтий Морозкин

> В начало страницы <