Слово на Благовещение
Пресвятой Богородицы

Священномученик Иоанн Восторгов

Се, Раба Господня, буди Мне по глаголу твоему (Лк. 1, 38).

Стечение священных воспоминаний Церкви — Благовещения Пречистой Девы и Воскрешения Лазаря — побуждают нас к духовной радости.

…Братие, ныне в священных воспоминаниях Церкви перед нами начертаны высочайшие образы смирения. Это не слова, это не рассуждения — перед нами живые люди, живые носители великого подвига.

Вот Пречистая Дева. Что о Ней можно сказать иное, кроме того, что Она о Себе засвидетельствовала на все века: призрел Господь на смирение рабы Своея: се бо, отныне ублажат Мя вси роди! (Лк. 1, 48). Пред Нею — Ангел-благовестник; Ей открыта величайшая тайна богочеловечества; Она становится избраннейшею, благодатнейшею и высшею из всех женщин. Мало того — пред Честнейшею и Высшею херувимов и Славнейшею без сравнения серафимов стоит теперь в благоговении сам Ангел-благовестник. Что же Мария? У Неё не находится иного слова, как наименовать Себя «Рабою Господней».

Вот Сын Её проходит Своё великое служение, — вокруг Него беспредельно преданный народ, слышны возгласы изумления пред Его словом, пред Его чудесами, около Него — апостолы, друзья, мироносицы, около Него и враги, завистники, клеветники, злобные и коварные. Слава о Нём несётся всюду, народ всегда около Него неисчислимыми толпами. Что же Мария? Её ли материнскому сердцу не проявить себя? Ей ли не говорить о Своём Сыне, о Себе Самой? Ей ли не возгордиться, говоря нашим языком. А Она молчит, Её не слышно и не видно. О Ней умалчивает даже Евангелие…

И в час страшной Голгофы, когда оружие, предреченное Симеоном, пронзило безмерно скорбное сердце Матери… и тогда Мария безмолвствовала.

О, если бы взвешено было горе Её! Горе Её «перетянуло бы песок морей»! Но и оно перенесено было верой и смирением Той, Которая достойно избрана в Матери Господа.

Нам недоступна эта высота духа, взлелеянная благочестивыми родителями и целомудренным воспитанием у порога храма Божия, — в пламени молитвы, в постоянном углублении в тайну Священного Писания, в постоянном общении с Богом.

Но вот другая Мария, и рядом Марфа — сёстры Лазаря… Посмотрите, как смиренна их печаль и какая преданность воле Бога сквозит в каждом их слове и шаге! Они встречают любимого Друга их умершего брата, любимого Господа Иисуса, — и робкая мольба слышится в словах их: Господи! Если бы Ты был здесь, не умер бы брат мой (Ин. 11, 32). И на мольбу веры, смирения и любви они получают живым того мертвеца, над которым пролили столько слёз горючих!..

Похожи ли на этих евангельских женщин наши современные женщины, которые бросают семьи, разрывают со всем, что священная древность наложила на них как печать скромности и святого смирения, и влекут себя сами в шумную жизнь?

Народ наш, родной, святорусский, издревле был славен смирением, был мирным и покойным. Кроткий и смиренный в семье, в подчинении и начальствовании, терпеливый в труде, послушный власти, уступчивый и обходительный, благодушный и нетребовательный, он был в любви у Бога и людей.

Куда девалось это смирение? Нахлынули новые учения новых самозваных учителей, нахлынули книжки грошовые, газеты продажные — и зло вылезло из тёмных недр жизни, и не узнать русского человека! Взгляд гордый, вид заносчивый, слово дерзкое и грубое, задор, осуждение, насилие и брань, споры и страсти без конца.

Смирение — это плотина, которая сдерживает грязную воду страстей. Если разрушить плотину — грязная вода хлынет неудержимо и всё снесёт на пути своём. Что же останется? Пустыня.

Пустыня в душе, пустыня в жизни…

Пока только в некоторых частях, а не вся тронута эта плотина. Есть время исправить её, есть время укрепить в себе святое смирение. Господь зовёт нас к этому грозными ударами судьбы на войне и в мире, зовёт нас этой тяжёлой, замутившейся жизнью.

Ищите же смирения в вере и молитве; ищите его в Церкви и храме; ищите его в покаянии; ищите его в соединении со Христом в Его Тайнах пречистых. Ищите его в размышлении о тяжких переживаемых днях, в преданности святым заветам доброй христианской семьи, в преданности святым заветам нашей русской государственности, основанной на вере в Бога (…) и на крепкой, как смерть, любви к родному нашему народу.

> В начало страницы <