Праведник, готовый пострадать

От самой Масленицы нам предложена была священная тема, которую вполне можно назвать ведущей темой всего времени Великого Поста. Эта тема прозвучала в единстве отрывков из Евангелия от Луки, прочитанных в будние дни Масленицы за Божественной Литургией, — эти отрывки сложились (день за днем Масленицы) в повествование о Страстях Господних. После Масленицы эта тема Страстей особенно возобновлялась в совершаемых нами в воскресные вечера Поста богослужениях пассии (пассии в нашем городе совершаются в это время во всех храмах поочередно); потом эта тема звучала в так называемое Крестопоклонное воскресенье, третье воскресенье Великого Поста, и во всех пяти седмичных днях после этого Крестопоклонного воскресенья. Эта тема Страстей в наших сердцах возобновляется во всякий день наших великопостных подвигов. Эта тема высокой спасительной трагичности и высокой Божественной тайны. Поэтому, может быть, она нередко оказывается сложной многим теперешним людям, бывающим далекими от церковной культуры. Такие люди, наверное, нередко по существу пугаются этой главнейшей евангельской темы... и тем самым остаются в стороне от самой сути библейской культуры в ее церковном понимании. Такие люди, как показывает пастырский опыт, желали бы как-то иначе (не через «наслаждение Трагедией» — как выразился один «сочувствующий» Церкви человек) приобщиться к идеалам подлинной мудрости...

Конечно, проблема таких людей велика, ибо для того и пришел в мир Сын Божий, чтобы на Кресте победить диавола. Но все-таки, наверное, среди церковных тем, поясняющих эту Трагедию, можно назвать нечто, являющееся примером всеми нами желанного и понятного оптимизма, неотделимого от такой Трагедии. И, наверное, примером такого понятного и приемлемого для всех (даже для «начинающих») оптимизма может быть обращение к духовному опыту праведного Иова, о котором специально церковное богослужение говорит во дни Страстной седмицы (последние дни перед Пасхой), когда читается библейская Книга Иова.

Праведного Иова и его страдания Церковь называет прообразом Спасителя и Его спасительных для всего мира Страстей... Пример Иова есть, в то же время, пример того, как в ежедневной обыденной жизни обнаруживается спасительная цельность человека, готового (приготовленного этой самой цельностью) восходить в своем терпении (в своей жажде «насладиться страданиями» — как говорят иногда, например, о «русской душе») к долготерпению Господню.

В этом смысле можно иметь в виду самое начало Книги Иова, где вместе с отчетливым свидетельством о праведности, справедливости и богобоязненности Иова говорится о том, что семь его сыновей имели обычай поочередно «пировать» в домах друг друга и что Иов (когда очередной круг таких пиров завершался), заботясь о духовном совершенстве своих детей, приносил Богу «всесожжения по числу их»...

Эта небольшая и необычная деталь повествования об Иове говорит нам о том, что этот благочестивейший человек был хранителем самого тесного радостного общения членов своей семьи. Он не препятствовал, а даже (словно бы) поощрял среди своих сыновей некие «пиры», которые иногда церковные толкования понимают совершавшимися довольно часто...

Во все времена (а в теперешние смутные — особенно) людей интересует вопрос о том, как в обыденной жизни могут обнаруживать себя действительное высочайшее совершенство и гармония личности праведника, человека евангельской правды — такой правды, которая очевидно восторжествовала именно на Кресте? В чем заключаются идеалы обыденной жизни, предлагаемые нам Божественным откровением? Наверное, повествование Книги Иова о его семейной жизни свидетельствует о том, что трагедия Креста есть трагедия оптимистическая. Она оптимистична в том, что человек, способный восходить к высотам такой трагедии, делается способным осуществить самые обыденные радостные чистейшие житейские приобретения в земной жизни.

Протоиерей Леонтий Морозкин

> В начало страницы <