По образу и подобию (5)

(Продолжаем публикацию небольшого богословского сочинения,
полученного редакцией из Куремяэ)

Придя в наших рассуждениях об образе и подобии Божием в человеке к теме свободы человеческой, необходимо сказать о различии между свободой Бога и свободой человека.

Бог, как существо совершенное, не имеет «воли выбирающей», о которой мы говорили ранее. Он не имеет потребности выбирать из различных возможностей, так как всегда в совершенстве знает Свои цели и средства их достижения. Бог абсолютно свободен «в том смысле (говорит одно из современных учебных пособий по догматическому богословию), что Он всегда является таким, каким хочет быть, и всегда действует таким образом, каким желает… Такая свобода называется свободой нравственной, духовной».

«Первая из свобод» человека (как мы говорили прежде) — свобода воли человека, или «формальная, психологическая», не делает человека подлинно свободным. Не всегда желания человека и его возможности совпадают — он находится во власти природной ограниченности. Изнутри его давит тирания греха, делая его «пленником закона греховного» (Послание апостола Павла к римлянам, глава 7, стих 23). «Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю» (стих 19 там же), — говорит святой апостол Павел, описывая психологию грешника.

Профессор Осипов, поясняя, что такое духовная свобода, говорит: «Вот, я завидую и зеленею, и ничего не могу сделать. Когда я ничего не могу сделать? Когда у меня на ногах кандалы, а на руках — цепи… Тогда все люди называют: это раб. Когда я завидую и ничего не могу сделать, кто я? Раб. Когда я не могу не злиться на человека, не осуждать другого, уже не говорю о худших вещах, я раб… Что такое духовная свобода? Духовная свобода — это состояние человека, которое он может приобрести, к которому должен стремиться, — состояние свободы от страстей».

Путь к подлинной свободе, которой обладает Бог, свободе духовной, лежит через причастие Божеству, через соединение с Богом. Об этом много говорится в Новом Завете. Спаситель говорит: «Если пребудете в слове Моем, то вы истинно Мои ученики, и познаете истину, и истина сделает вас свободными» (Евангелие от Иоанна, глава 8, стихи 31—32). «Всякий делающий грех есть раб греха… Если Сын освободит вас, то истинно свободны будете» (там же, стихи 34—36). Апостол Павел говорит: «Закон духа жизни во Христе Иисусе освободил меня от закона греха и смерти» (Послание к римлянам, глава 8, стих 2).

Итак, мы видим, что Священное Писание призывает нас, пока не поздно, освободиться от этого самого ужасного рабства — рабства духовного. Ведь мы, оказывается, духовно больны, духовно являемся рабами… Страсти греховные мучают человека, причем не только здесь и не только сейчас. Рабство духовное тем более ужасно, что оно не заканчивается со смертью человека. Наша земная жизнь — лишь преддверие иной жизни, в которую мы войдем, преддверие жизни вечной.

Профессор Осипов говорит: «Представьте себе, что же будет с человеком, когда он входит туда рабом… страстей? Вы понимаете, почему христианство так настаивает, чтобы еще в этой жизни человек боролся с самим собой, почему настаивает? Потому что здесь мы обладаем возможностью очиститься, перемениться, что и означает греческое слово «метаноя», то есть «покаяние» (буквально — «изменение ума»), — перемениться может человек, здесь еще все условия, возможности. Пока не поздно, надо перемениться. Ужасное дело, когда человек рабом идет туда. Это рабство тем более жуткое, что там уже нет тех средств удовлетворения, которые человек еще здесь, находясь в теле, может подчас иметь…» (Основы христианской жизни (о свободе) — лекция).

Рассуждая о духовной свободе, Осипов приводит очень интересную мысль блаженного Августина, говорящую весьма о многом: «Велика свобода быть в состоянии не грешить, но величайшая свобода — не быть в состоянии грешить». Мысль очень сильная. Эта величайшая свобода, о которой говорит блаженный Августин, и есть свобода духовная». Да, человек может, оказывается, достичь этого состояния, продолжает профессор Осипов, впрочем, этому не надо удивляться. «Уже в нашей даже обыденной действительности мы сколько угодно найдем людей, которые не в состоянии украсть. Еще больше найдем людей, которые не в состоянии бить… Душа не позволяет, не могу! Умрет от голода, но не украдет.

Оказывается, даже… в этой области нашей жизни мы видим тень той свободы, о которой говорит христианство».

К публикации подготовил
протоиерей Леонтий Морозкин.

> В начало страницы <