Сайт издательства TARBEINFO – РУССКИЙ ТЕЛЕГРАФ Ежемесячная газета "Мир Православия" №10 2005
> в документ < вернуться
> в меню <
Современное
положение ЭПЦ МП
Революция в России и обретение Эстонией государственной
независимости вызвали серьезные изменения в положении Церкви —
в 1920-м году определением Патриарха Тихона ей была дарована автономия.
К сожалению, следствием неустройства первых лет независимости
стало отпадение Эстонской Православной Церкви от Матери-Церкви,
и в 1923 году в попытке получить автокефалию, под давлением национальных
властей Эстонская Православная Церковь переходит под омофор Вселенского
Патриарха. Этим чаяниям не суждено было сбыться — вместо автокефалии
была подтверждена автономия в составе Константинопольского Патриархата.
Еще более ситуация усугубилась в 1935 году, когда был принят новый
Устав ЭАПЦ, фактически (незаконно) фиксировавший ее автокефальный
статус. Тот же Устав, вопреки рекомендациям Вселенского Патриарха,
разделил ЭАПЦ по национальному признаку на две епархии — Таллинскую
(эстонскую) и Нарвскую (русскую).
Ситуация выправилась в начале 1940-х годов, когда каноническая
связь с Русской Православной Церковью была восстановлена — по
решению Синода ЭАПЦ ее глава Митрополит Александр принес покаяние
перед Священным Синодом Русской Православной Церкви и Патриаршим
местоблюстителем, Блаженнейшим Митрополитом Сергием (Страгородским).
В годы немецкой оккупации Митрополит Александр вновь отступил
от канонического единства с Московской Патриархией, что привело
к существованию в годы войны на территории Эстонии двух легальных
православных церковных структур — Нарвской епархии, сохранившей
верность Матери-Церкви (РПЦ), и приходов Митрополита Александра.
В 1944 году, усугубляя глубокую каноническую неправомочность своих
деяний, Митрополит Александр с частью священников, в большинстве
эстонцев, покинул Эстонию. В 1945 году члены Синода принесли покаяние
перед Матерью-Церковью — главой единой епархии стал архиепископ
Павел.
Советский период жизни эстонской Церкви стал временем испытания,
когда под гнетом коммунистического режима речь шла о ликвидации
Церкви как таковой — милость Божия и заботы Митрополита Таллинского
и всея Эстонии Алексия (ныне Патриарха Московского и всея Руси)
спасли Церковь от уничтожения и народ Эстонии от сползания в бездну
бездуховности.
Новое время принесло Церкви не только свободу, но и новые испытания.
В 1993 году Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий
II подтвердил своим томосом автономию (ЭПЦ МП, согласно Уставу
РПЦ, является «самоуправляемой» Церковью), дарованную Патриархом
Тихоном. Однако повторилась ситуация начала 20-х годов: под влиянием
националистических кругов в Эстонской Православной Церкви произошел
раскол, в результате которого часть приходов, возглавляемых священниками-эстонцами,
признала над собой власть так называемого «Стокгольмского» Синода
Эстонской Апостольской Православной Церкви (ЭАПЦ), перешедшей
в каноническое окормление Константинопольского Патриархата, а
другая часть (преимущественно русские пастыри) сохранила верность
Московскому Патриархату.
Создание ЭАПЦ и переход ее в другое каноническое окормление с
нарушением действующего законодательства и канонического права
инспирировали правящие круги, представлявшие ЭПЦ не как традиционную
эстонскую Церковь, а только как враждебную «руку Москвы». К сожалению,
эта тенденция не изжита и поныне.
Эти силы способствовали и тому, что только ЭАПЦ была признана
в процессе имущественной реституции единственным собственником
на все церковное имущество, в том числе храмы, находившиеся в
Эстонии до 1940 г. Поскольку в советский период в Эстонии храмы
почти не строились (за несколькими исключениями — например, в
Вильянди), это означало, что приходы, сохранившие каноническую
верность Московскому Патриархату, практически лишались основ своей
деятельности. Более того, этими же кругами была воспрепятствована
регистрация в государственных органах в качестве Церкви той части
ЭПЦ, которая сохранила свою связь с Русской Православной Церковью.
С целью уврачевать возникший в Эстонской Православной Церкви раскол
Московская и Константинопольская Патриархии в 1996 г. подписали
в Цюрихе (Швейцария) соглашение, по которому стало возможным размежевание
двух частей ЭПЦ как в каноническом, так и имущественном отношении.
Соглашения были утверждены Синодами обеих Патриархий. В 2001 году
основные принципы цюрихских соглашений были подтверждены на встрече
в Берлине. В частности, в итоговом документе говорится: «Церковная
структура, находящаяся в юрисдикции Константинопольского Патриархата,
настоящим соглашением заявляет, что после официальной регистрации,
в соответствии с эстонским законом, устава структуры, находящейся
в юрисдикции Московского Патриархата, отказывается от своих претензий
на то церковное имущество, которым de facto пользуется церковная
структура Московского Патриархата. В таком случае структура, находящаяся
в юрисдикции Константинопольского Патриархата, в течение 60 дней
со дня регистрации устава структуры, находящейся в юрисдикции
Московского Патриархата, либо передает в собственность последней
вышеупомянутое церковное имущество на основании дарения или купли-продажи
по символической цене, либо передает его эстонскому государству
для последующей передачи этого имущества в собственность церковной
структуры в юрисдикции Московского Патриархата».
Основными принципами, на которых зиждутся и цюрихские, и берлинские
договоренности, являются обеспечение добровольности в выборе приходами
канонического подчинения и обеспечение равности прав верующих,
в том числе и имущественных.
Несмотря на то, что ЭАПЦ откровенно саботировала выполнение цюрихского
соглашения, ЭПЦ МП последовательно работала в направлении их выполнения
как внутри Эстонии, так и с привлечением международных организаций.
Особенную помощь и поддержку в этом оказали Русская Православная
Церковь, российские государственные органы и правительство г.Москвы.
Перелом произошел в начале 2001 года, когда правящие круги Эстонии
осознали, что проблема ЭПЦ стала сказываться и на международной
репутации государства, и государственные органы согласились принять
участие в разрешении конфликта. Поскольку за это время накопилось
изрядное количество проблем, решено было рассматривать их поэтапно.
На первом этапе, в марте 2001 года, состоялась государственная
регистрация Эстонской Православной Церкви Московского Патриархата
на том главном принципе, который она последовательно отстаивала,
а именно, что наша Церковь, как самоуправляемая церковь в составе
РПЦ, берет свое начало от томоса Патриарха Тихона 1920 г., подтвержденного
томосом Патриарха Алексия II в 1993 г., и не является неким новообразованием,
возникшим в советское время. Изменение юридического положения
вызвало улучшение положения ЭПЦ МП — было восстановлено членство
в Совете Церквей Эстонии, возросла степень интеграции с государственными
властями и общественно-политическими силами Эстонской Республики,
повысился уровень представительства ЭПЦ МП на государственных
мероприятиях, однако имущественный вопрос решался и решается крайне
тяжело.
В октябре того же года были подписаны два протокола о намерениях
между ЭАПЦ, государством и ЭПЦ МП, согласно которым ЭАПЦ отказывается
от претензий на храмы и приходские дома общим числом 18, находящиеся
во владении приходов ЭПЦ МП, а государство закрепляет их в единоличное
владение и пользование приходов ЭПЦ МП сроком на 50 лет на основании
юридического института «право застройки», которое, по существу,
на этот срок обеспечивает приходам такие же юридические права,
как и собственникам. Цена этого решения для государства — 35 миллионов
крон, выплаченных ЭАПЦ по разным статьям. К сожалению, ЭАПЦ при
подписании протоколов настояла на том, что приходы смогут получить
храмы в полную юридическую собственность только после получения
на это ее согласия — условие, нарушающее один из фундаментальных
принципов цюрихских и берлинских соглашений: равенство имущественных
прав.
Какова нынешняя ситуация? Храмы, находившиеся в ведении муниципалитетов,
переданы либо в собственность (что является нормальным), либо
в аренду с правом застройки (что является не вполне конструктивным
временным решением). В отношении 18 храмов, переданных ЭАПЦ государству,
процесс передачи ЭПЦ МП тянется уже два года — причины проволочки
объясняются то недостатком средств, то чисто бюрократическими
нюансами. По протоколам о намерениях были переданы всего два храма
и один церковный дом. Однако с учетом непростого пути, пройденного
ЭПЦ МП за эти 12 лет, многие верующие задаются вопросом — нет
ли в этом затягивании политической воли?
Это же относится и к помещениям Церковного Управления (квартира
по адресу Пикк, 64-4) в Старом городе Таллина, где длительное
время свою архипастырскую деятельность осуществлял Патриарх Алексий
II и на возврате которых особенно настаивала ЭАПЦ. В результате
достигнутого при активном содействии городских властей компромисса
эти помещения остались во владении муниципалитета, а ЭАПЦ получила
от города компенсацию — дом (!) по адресу Пикк, 66 — теперь этот
дом продан за 1 436 990 крон. Те же городские власти выказали
намерение произвести частичный ремонт здания на Пикк, 64 и передать
Церковному Управлению дополнительные площади по тому же адресу.
Надо отметить, что неоценимую роль в продвижении решения всех
этих вопросов сыграл Патриарший визит в Эстонию осенью прошлого
года, после которого отношение государственных и местных властей
к ЭПЦ МП сильно изменилось в лучшую сторону. Кроме того, во время
этого визита по желанию константинопольской стороны состоялась
встреча митрополита Стефаноса со Святейшим Патриархом — в ходе
нее Его Святейшество еще раз подчеркнул нашу приверженность духу
и букве предшествовавших соглашений (Цюрих, Берлин).
Таким образом, несмотря на то, что цюрихское соглашение до конца
не выполнено, дело сдвинулось в лучшую сторону. Однако ЭПЦ МП
всегда исходила и исходит из того, что до полного исполнения цюрихского
соглашения невозможно восстановление канонического общения с отколовшейся
частью ЭПЦ в лице ЭАПЦ. Поэтому предстоит еще большая работа по
окончательной его реализации в части передачи в полную собственность
приходов храмов, приходских домов, помещений Церковного Управления
и другого имущества, которые в настоящее время находятся в собственности
государства и муниципальных органов.