Когда «дух человеческий изнемогает»
(Псалом 142)

Обращаясь ко Пресвятой Деве перед Её образом, именуемым «Скоропослушница», наши сердца произносят: «Скоро услыши меня!» Наверное, в теперешние времена подобные слова могут оказаться трудными. Трудности эти могут быть связаны с житейским нетерпением, угрожающим теперешним людям на «каждом шагу», — опасно было бы сделаться жертвами эмоций «вынь и положь!», — требований теперешних людей, обременённых «всё возрастающими потребностями», может оказаться на целый список… Наша вера, конечно, не есть «средство удовлетворения требований». Подобных опасных эмоций у теперешних людей бывает очень много. Чтобы побеждать также эмоции, обратим внимание на те переживания, какие Священная История имеет в виду связанными в опыте благочестивых людей с просьбой «скоро услыши меня, Господи».

Одним из самых заметных в этом смысле мест из Библии может быть Псалом 142, седьмой стих которого прямо говорит — «скоро услыши меня!»

Этот Псалом написан царём Давидом в те дни, когда исполнилось назначенное ему Богом наказание за его грех (за грех убийства и прелюбодеяния: «полюбив», как слишком часто говорят теперешние люди, Вирсавию, жену своего военачальника и соседа Урии — «соседствовали дворцами», — Давид послал Урию на войну, где тот и был «благополучно» убит). Это наказание, как говорит иногда церковное предание, заключалось в том, что родной сын Давида Авессалом восстал на отца и начал с отцом настоящую войну за власть (другим из таких наказаний Божиих называют иногда неизбежное падение самой еврейской ветхозаветной государственности). Грех Давида был прощён (как говорят молитвы, читаемые священником перед исповедью, — Давид покаялся перед пророком Нафаном), но наказание Божие (то есть средство воспитания, средство усовершенствования преступника; «наказание» — особое назначенное дело, — таков смысл этого слова) оставалось в силе.

Бывший грешник оказался в состоянии войны со своим собственным сыном! Как часто почти подобные переживания случаются и с теперешними людьми! И, конечно, обстоятельства такой необыкновенной глубины могут быть особенно благоприятными для исправления человеческого сердца.

Родной сын напал на отца! В каких ещё более «подходящих» обстоятельствах могло бы совершенствоваться сердце прощённого грешника?!

Понятно, что в этих обстоятельствах святой Давид не был «потребителем со все возрастающими потребностями», а был смиренным Божиим человеком, несущим тяготы Божественного приговора. Его переживания не были поверхностными, не были навеяны сиюминутными впечатлениями, но были вызваны опытом всей его сознательной жизни, жизни верующего. Созревший внутрисемейный и внутригосударственный конфликт был так опасен, так глубок и так тяжек, что человеческих сил политика и отца семейства Давиду едва хватало. Он не мог слишком активно действовать против многочисленного войска своего сына не столько потому, что был временами с верными ему людьми в очевидном меньшинстве, но особенно и потому, что излишняя активность ставила в опасность жизнь Авессалома…

Таковы некоторые подробности тех событий, среди которых Давид написал этот сто сорок второй Псалом. Каждый из нас может, наверное, дополнить повествование о тех чувствах и мыслях, которые, очевидно, были у Давида, восклицавшего «скоро услыши меня, Господи!», — надо только при этом пробовать в нашем восприятии этих переживаний быть на высоте нашей христианской веры, нашей христианской надежды и нашей любви.

И в наших личных просьбах мы не должны допускать уныния, маловерия, ожесточения и нетерпения. Наши слова «скоро услыши меня, Господи!», «Скоропослушница Богородица, помоги нам!» должны быть словами благородного, верующего, искреннего сердца.

Составил протоиерей Леонтий Морозкин.

> В начало страницы <