Протоиерей Михаил Андреевич Дмитрев

Протоиерей Михаил Андреевич Дмитрев принадлежал к сельскому духовенству. Его жизнь — пример того, как трудились и жили одной жизнью с народом очень многие пастыри. Протоиерей Михаил — один из многих священнослужителей, чья жизнь прошла вместе с народом.

Отец Михаил происходил из священнического рода. Предки его совершали свое служение на Рязанской земле. Отец, протоиерей Андрей Феодорович Дмитрев, служил в селе Маковеево, что расположено недалеко от Касимова. Мама отца Михаила, Капитолина Евдокимовна, была дочерью маковеевского протоиерея Евдокима Орлова. В этом селе было два храма: Покрова Пресвятой Богородицы и Всемилостивого Спаса. В престольный день Спасского храма празднуется также память семи мучеников Маккавеев, почему село получило название «Маковеево». Здесь и родился Михаил Андреевич Дмитрев 15 июня (ст.ст.) 1873 года.

У отца Михаила были брат и сестра: протоиерей Феодор и Клавдия, которая вышла замуж в свое время за протоиерея Анатолия Авдеевича Правдолюбова.

Протоиерей Михаил получил обычное для детей священников образование — он учился в церковно-приходской школе, Касимовском Духовном училище и Рязанской Духовной семинарии. Семинарию он окончил в 1895 году по второму разряду. Затем в течение двух лет отец Михаил был учителем церковно-приходской школы в селе Самылове. В 1897 году женился на Елисавете Ивановне Гориной, дочери протоиерея Иоанна Горина, священника из села Синульцы. Венчал Михаила Андреевича и Елисавету Ивановну протоиерей Андрей Дмитрев в Покровском храме села Маковеево 30 июня (ст.ст.) 1897 года. Как и его отец, Михаил Андреевич брал себе в жены невесту «с приходом», что было в то время обычной традицией. После кончины отца невесты жених ее должен был наследовать и приход ее отца. Как протоиерей Андрей Феодорович стал служить на месте умершего отца Капитолины Евдокимовны, протоиерея Евдокима Орлова, так и протоиерей Михаил был назначен на приход скончавшегося протоиерея Иоанна Горина. Рукоположил его епископ Рязанский и Зарайский Мелетий 10 июля (ст.ст.) 1897 года и назначил в Преображенский храм села Синульцы Касимовского уезда.

На этом приходе отец Михаил прослужил более восьми лет. Здесь у отца Михаила и Елисаветы Ивановны родились четверо детей: Владимир (1898), Лидия (1901), Нина (1903) и Димитрий (1904). Но когда в 1905 году скончался протоиерей Андрей Дмитрев, мама отца Михаила просила своего сына перейти на отцовский приход, после чего отца Михаила по его прошению переместили в село Маковеево — на место отца. В Маковееве у него родились еще трое детей: Александра (1906), Евгения (1909) и Ольга (1913). Младшая дочь, Ольга, стала впоследствии женой священника — протоиерея Анатолия Сергиевича Правдолюбова, внука протоиерея Анатолия Авдеевича Правдолюбова.

В марте 1913 года отца Михаила перевели на другой приход — в Троицкий храм села Селище Касимовского уезда. Это был самый бедный приход Рязанской епархии. В него входило несколько деревень, дома которых стояли под соломенными крышами, люди в них жили еще с лучинами. Храм был деревянным и очень маленьким. Перевели сюда отца Михаила как молодого и энергичного священника, способного поднять и возродить приход. До него здесь служил протоиерей Леонид Правдолюбов — брат протоиерея Анатолия Авдеевича Правдолюбова. Он построил в Селищах большой деревянный дом, начал строительство нового кирпичного храма. Но отец Леонид понимал, что не справляется со строительством нового храма, и поэтому просил перевести его на другой приход. Тогда поменяли местами отца Михаила и отца Леонида. Поменялись они и домами — у отца Михаила в Маккавееве был также построен хороший большой дом.

В Селищах отец Михаил начал свою деятельность прежде всего с завершения строительства храма. Он строился большим, просторным и светлым. Начали его строить так, что прежний маленький деревянный храм находился внутри строящегося храма. Постепенно вокруг него возводились кирпичные стены, а служба в прежнем храме продолжалась до самого последнего момента, пока не был завершен новый храм.

Средств не хватало, а отец Михаил решил строить рядом с храмом еще и церковно-приходскую школу, чтобы обучать детей грамоте и Закону Божию. Стали собирать пожертвования, а протоиерей Анатолий Авдеевич Правдолюбов очень помог тем, что, как наблюдатель церковно-приходских школ, запросил средств на строительство нового здания школы в селе Селище, которые и были выделены. Так уже к октябрю 1913 года в Селищах было завершено строительство нового храма и церковно-приходской школы. В проекте была и колокольня, но Первая мировая война помешала ее строительству. У храма осталась прежняя деревянная звонница.

О завершении строительства храма отец Михаил сообщил всем окрестным приходам — в касимовской типографии было отпечатано объявление: «Строительный комитет по постройке нового каменного храма в селе Селище, Касимовского уезда, сим доводит до общего сведения, что в воскресенье, 27 сего октября, после поздней Литургии, будет совершено поднятие Святого Креста на новоустроенный храм». Действительно, это было великое торжество — поднятие Креста на построенный храм!

Главный престол селищенского храма был освящен в честь Святой Троицы, а второй — в честь Покрова Пресвятой Богородицы. Иконостас был искусно вырезан из светлого дерева, а иконы написаны очень талантливым художником академиком Волковым в стиле своего времени — начала двадцатого века. И все это было устроено отцом Михаилом немногим более чем за полгода.

Со свойственной ему энергией отец Михаил поднимал свой приход. Все свои дела крестьяне начинали с благословения Церкви — отец Михаил приучал их к этому. Благословлялись самые обычные работы: начинали сеять хлеб — в церкви совершался молебен. Крестьяне приносили маленькие мешочки с зерном, которые отец Михаил окроплял святой водой. Когда весной крестьяне выгоняли в первый раз свой скот, среди села совершался молебен с водоосвящением, после чего мимо священника прогоняли скотину — и он каждую корову или овцу кропил святой водой. В праздник Флора и Лавра в храме после Литургии служился молебен, отец Михаил выходил на паперть с кропилом, а мимо него в праздничных разноцветных рубашках, подпоясанные ремешками, гарцевали деревенские мальчишки на своих лошадях. После окропления святой водой они, радостные, мчались в поле.

Отец Михаил и сам занимался обычным крестьянским трудом. В хозяйстве у него было две лошади и две коровы. На одной лошади отец Михаил обрабатывал землю — сеял хлеб и убирал его, а на другой выезжал в город и в окрестные деревни. Дочь его, Ольга, вспоминала: «Трудился отец Михаил не покладая рук: сам пахал, сеял, жал, молотил, сам хлеб пек. Сено на зиму запасал. Сколько забот у деревенского жителя! В поле он был первым, никто утром раньше него в Селищах не вставал. С раннего утра, еще до службы, отец Михаил успевал поработать на своем поле. Работал он радостно. Очень любил применять в своем хозяйстве всяческие технические новинки: молотилка, веялка какая-то интересная у него была, соломорезка. Выписывал их где-то, доставал, осваивал, сам на них и работал, а крестьяне приходили к нему и перенимали его опыт».

Дом отца Михаила стоял рядом с храмом. Он был просторным, с большими окнами и потолком высотой в три метра. За домом располагался сад, в котором был размещен большой пчельник. Отец Михаил знал, как разводить пчел и ухаживать за ними. В саду он посадил липовую аллею, и пчелы собирали мед как с этих лип, так и с окрестных полей гречихи. Сад отца Михаила всегда был ухоженным, с прямыми дорожками, со множеством цветов и плодовых деревьев. В дальнем его углу росли высокие стройные лиственницы, а за ними протекала чистая холодная речка, по берегам которой били родники. Село Селище располагалось за речкой. Таким образом, храм и дом священника стояли вдали от села, а вокруг них был простор — зеленые поля, деревья, вдоль речки — кусты, а вдалеке, за полями, возвышался густой темный лес, в который жители села и дети отца Михаила ходили за грибами.

В летнее время нередки были пожары, в которых сгорали целые улицы. Отец Михаил организовал из молодых людей пожарную команду, выстроил каланчу и установил постоянные дежурства. В хозяйстве у него всегда стояла повозка с бочкой, наполненной водой. Если случался где-то пожар, отец Михаил немедленно запрягал лошадь в эту повозку и ехал тушить пожар; и умел он так расставить людей и организовать тушение, что пожар постепенно прекращался. Крестьяне говорили: «Ну, если батюшка приехал тушить, то пожар быстро потухнет». А в зимние метели, когда заносило все дороги в окрестных полях, отец Михаил сам выходил к церкви, поднимался на звонницу, где висел большой колокол весом в полторы тонны, и начинал звонить. Звонил он подолгу, потому что знал, что кто-то, возможно, сейчас сбился с пути и не знает, куда ему ехать. И действительно, однажды в Касимове подошел к отцу Михаилу совершенно незнакомый мужчина и стал благодарить его за благовест. Только благодаря звону селищенского колокола этот крестьянин выехал на нужную ему дорогу, а иначе мог бы погибнуть в занесенном снегом поле.

Но не только на земле трудился отец Михаил. Он учил детей в своей церковно-приходской школе, был заведующим и законоучителем в соседнем Земском училище, состоял помощником миссионера Касимовской противомагометанской миссии, постоянно проводил диспуты с сектантами, в основном, баптистами, которых в округе было немало. Можно только удивляться, как он все успевал. Днем он мог заниматься многочисленными трудами, а ночью со свечой изучать Евангелие. Сохранился Новый Завет отца Михаила, весь испещренный карандашами разных цветов. Каждый цвет соответствовал определенной теме, а в записных его тетрадях можно найти целые блоки цитат, необходимые для борьбы с сектантами. С этой же целью, борьбы с сектантами, отец Михаил посещал многочисленные окрестные деревни и села, не только ближайшие, но и отдаленные, отстоящие от Селищ нередко за сто и более километров.

Еще одна сторона деятельности отца Михаила, которая вызывает не меньшее удивление — он умел оказывать врачебную помощь, лечить людей. Крестьяне ему доверяли и постоянно обращались за помощью. Отец Михаил никогда никому не отказывал — приходил в любое время суток и оказывал медицинскую помощь. Если он понимал, что в каких-то случаях помочь не в состоянии, тогда запрягал свою лошадь и вез больного человека в Касимов к врачам. Так он спас от верной смерти немало жителей своего села.

В храме отец Михаил организовал общее пение. В этом ему помогали его дочери. Они учились музыке и любили петь, а в доме отца Михаила стояли рояль и фисгармония — старинный музыкальный инструмент, очень распространенный в то время. Александра обладала прекрасным сопрано, а у Ольги был альт. Они проводили с народом спевки, разучивая церковные песнопения. Люди постепенно привыкли к общему пению в храме и пели за богослужением с большой радостью.

Семья отца Михаила была очень дружна с касимовскими Правдолюбовыми — с семьями протоиерея Анатолия Авдеевича и протоиерея Сергия Анатольевича. Селище было расположено от Касимова недалеко — километрах в восьми-девяти, и Правдолюбовы очень часто приходили к отцу Михаилу в гости. Им нравилось Селище: простор и красота природы, семейный уклад селищенского дома, храм и богослужения, совершаемые отцом Михаилом. По нескольку дней оставались они в Селищах, здесь и познакомилась младшая дочь отца Михаила, Ольга, со своим будущим мужем — Анатолием Правдолюбовым.

Крестьяне от всей души полюбили отца Михаила и называли его не иначе как «отец Михаил Селищенский». За эти годы село окрепло и поднялось — почти в каждом доме было по две лошади и по две коровы. А в Селищах в то время было дворов 140-150. Всего несколько домов оставалось без скотины, но это были дома либо тяжело больного человека, либо одинокой вдовы. Но люди всем селом помогали этим хозяйствам. Да и сам отец Михаил тайно помогал этим людям: уходил рано утром на участок какой-нибудь бедной вдовы и обрабатывал его, делая это так, чтобы никто его не видел.

В 1919 году, 15 апреля (ст.ст.), Указом Святейшего Патриарха Тихона отец Михаил «за усердную службу» был награжден наперсным крестом, а 21 января (ст.ст.) 1924 года возведен в сан протоиерея. В мае 1937 года протоиерей Михаил был награжден митрой.

В 1930 году отца Михаила несколько раз вызывали в НКВД и подолгу держали там на допросах. Прежде всего заставляли принять обновленчество и обновленческого архиерея. Отец Михаил остался непреклонным и обновленцев не принял. Но в один из соседних приходов обновленческий архиерей все же приехал. Народ его даже близко к храму не подпустил, а настоятеля того храма власти обвинили в том, что он убедил народ не принимать обновленческого архиерея. Священника арестовали и в тюрьме так пытали, что он вскоре умер.

В том же году в доме отца Михаила стали проводить обыски. Приходили, как правило, ночью, собирали всех в одной комнате и переворачивали все в доме. Искали повода, по которому можно было бы отца Михаила арестовать и отправить в тюрьму. Но ничего не нашли. Тогда конфисковали имущество: вывезли почти все, даже музыкальные инструменты — рояль и фисгармонию. Наконец, нашли причину для ареста — неуплата налогов. Отца Михаила арестовали. Вскоре назначили суд, но власти не ожидали, что на этот суд соберется множество народа. Пришли селищенские жители и заполнили здание суда. Они окружили отца Михаила и не отходили от него, пока шло судебное заседание. Доказать вину отца Михаила не удалось, и люди надеялись, что его освободят. Но когда судьи вышли после своего совещания и объявили приговор — три года тюрьмы и пять лет ссылки, произошло народное возмущение. Все повскакали с мест и стали кричать: «Не отдадим батюшку! Мы не выпустим его отсюда!» Сыпались откуда-то разбитые стекла, трещали сломанные скамейки. Когда попытались вывести отца Михаила из зала суда, разбили стеклянные двери, окружили его и никого к нему не подпускали. Многие кричали: «Где судья?» А главный судья в это время, напуганный гневом множества народа, прятался во дворе здания суда за поленицей дров. Но вскоре в зале появился какой-то важный деятель НКВД и сказал отцу Михаилу: «Усмирите народ!» И только стоило отцу Михаилу обратиться к народу, как воцарилась полная тишина. Он попросил людей успокоиться и предоставить все воле Божией. Только тогда смогли вывести отца Михаила из здания суда и снова отправить в тюрьму.

Но люди не успокоились. Целая группа жителей села отправилась в Москву и добилась освобождения отца Михаила. Власти, видимо, опасались народных волнений, поэтому отменили приговор касимовского суда. Отец Михаил вернулся в Селище и продолжал служить.

Все эти события так подействовали на матушку отца Михаила, Елисавету Ивановну, что она тяжело заболела и 18 сентября 1936 года скончалась. Отец Михаил похоронил ее около храма — с правой стороны алтаря. С этого дня в течение целого года он ежедневно служил Литургию, а после нее панихиду на могиле своей покойной жены. Когда исполнился год со дня смерти Елисаветы Ивановны, отец Михаил сказал, придя домой после панихиды: «Теперь я за нее спокоен». И в эту же ночь за отцом Михаилом снова пришли.

Вот как рассказывала Ольга, дочь отца Михаила, об этом втором его аресте: «Среди ночи, часа в два, загрохотала дверь нашего дома. Отец Михаил сказал: «Девочки! Пришли!» Моментально все поднялись, зажгли лампу, открыли дверь. Вошли четверо и показали ордер на арест. Собрали всех в одной комнате и не велели выходить. Потом пошли по комнатам, поднимая все вверх дном. Отцу Михаилу сказали: «Собирайся, пойдешь с нами!». Разрешили проститься, и отец Михаил собрал всех нас в своем кабинете. «Давайте помолимся», — сказал он. Помолились. Отец Михаил всех благословил и с любовью утешал. «Поручаю вас святителю Николаю, — обратился он к нам, — он всю жизнь был моим покровителем и помощником, и вас он не оставит». И увели отца Михаила, а дверь приперли снаружи, чтобы никто не вышел из дома. Далеко за селом стояла машина. Отца Михаила снова отвезли в касимовскую тюрьму».

Но недолго он содержался в этой тюрьме, уже в октябре отца Михаила отправили в Рязань. За это время дочери отца Михаила могли видеть иногда своего отца через решетку камеры, а иногда, когда они подходили к тюрьме, видели только его благословляющую руку.

1937 год.

В Рязани отец Михаил томился в заключении еще два месяца. Каждую ночь из рязанской тюрьмы угоняли этапы: лаяли собаки, кричали милиционеры. В одну ночь исполнялось до шестисот приговоров. В Михайлов день, 21 ноября 1937 года, тройкой НКВД отца Михаила приговорили к расстрелу, а в ночь с 1 на 2 декабря (нов.ст.) того же года, в день памяти иконы Божией Матери «В скорбех и печалех Утешение», приговор был приведен в исполнение. Похоронен отец Михаил на братском кладбище при Скорбященской церкви, где хоронили в то время всех расстреливаемых в Рязани.

Определением Архиерейского Юбилейного Собора Русской Православной Церкви от 13 — 16 августа 2000 года протоиерей Михаил Дмитрев причислен к лику святых как священномученик. Память его совершается в день его мученической кончины, 19 ноября/2 декабря, а также вместе с Собором всех новых мучеников и исповедников Российских 25 января/7 февраля (если этот день совпадает с воскресным днем, а если не совпадает, то в ближайшее воскресенье после 25 января/7 февраля). Память священномученика Михаила совершается также вместе с Собором Рязанских святых 10/23 июня и Собором Касимовских святых — в четверг Фоминой недели.

Протоиерей Михаил Анатольевич
Правдолюбов.
Москва, июль 2004 года.

Тропарь и кондак священномученику Михаилу

Тропарь, глас 1-й.
Слова Божия проповедниче, Православия защитниче, немощей душевных и телесных врачу, пастырю добрый, верность Христу сохранивый, священномучениче отче наш Михаиле, моли Христа Бога, да спасет ны, яко Человеколюбец.

Кондак, глас 6-й.
Подвигом пастырским подвизаяся, возлюбил еси Христа даже до смерти, тем же удостоен был еси от Него венца, священномучениче Михаиле, приими моление наше и сотвори молитву о всех нас, творящих любовию память твою.

> В начало страницы <