Камни живые
Архитектурный образ православного храма

(Начало в №№ 9, 10 — 2007 г.)

Здесь секрет поразительной «очеловеченности» православных храмов: купол, небесный изнутри, снаружи становится высоким «челом, покоящимся на плечах — сводах и закомарах; сам же объем храма — это «тело», увенчанное «главой» (или многоглавием соборной и монастырской архитектуры). Но всегда это живой, реальный символ человека преображенного или собрания таких же людей для совершения вечной во времени Тайной Вечери — Божественной Литургии.

Крестообразной мощью своего каменного тела византийский храм безмолвно утверждает торжество православия и ниспровергает монофизитскую ересь, утверждавшую только Божественную природу Христа и отвергавшую Его человеческую природу. Ересь эта была одним из главных нестроений византийской церковности, она по сути породила трагедию иконоборчества. Как ответ на это святотатство промыслительная образность византийского храма развёртывается далее: простая, строгая и величественная внешняя архитектура храма — это символ самого Христа. Внутренняя архитектура с её убранством, мозаикой, фресками, иконами, золотом и порфиром — Христова Церковь, Невеста Христова. Сравнение храма с невестой было традиционным для византийской литературы. Автор жизнеописания византийского императора Василия так писал об украшении им Нового Храма константинопольского императорского дворца: «Будто прекрасную и нарядную невесту, украсил он его жемчугом, золотом, серебра сиянием, а ещё многоцветного мрамора пестротой, мозаик сочетанием, шелковых тканей одеянием и привёл к бессмертному жениху Христу».

Более полутора тысяч лет строятся, разрушаются и вновь создаются православные храмы — на разных континентах, в разных странах, у разных народов: от великой Святой Софии в Константинополе до скромного сельского храма на Вологодчине, от средиземноморских святынь раннего средневековья до строящейся в начале третьего тысячелетия от Рождества Христова церкви во имя Афонской иконы Божией Матери «Скоропослушница» на берегу Балтийского моря. И как архитектурный «символ веры» всех их роднит великий неколебимый прообраз — византийский храм. Не только «польза, прочность и красота» (древнеримские критерии архитектуры) определяют бессмертие храма, а воплощенный византийским зодчим-христианином, художником, мастером — отклик глухого камня на призыв Богочеловека — «будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф., 5, 48). Отклик, ставший реальностью совершенства.

Леонид Соколов.

> в документ <  вернуться  > в меню <