Церковь Рождества Богородицы

Икона Казанской Божьей Матери

У церкви Рождества Богородицы — «Казанской», как обыкновенно зовут её в народе по находящемуся в её стенах чтимому образу иконы Казанской Божией Матери, своя особая и интересная история. В немногочисленной семье таллинских православных церквей Казанская церковь не уступает ни одной по своей древности и особому духу. И хотя церковь св. Николая на улице Вене упоминается в древних актах уже в 1377 году, то есть за три года до Куликовской битвы, но то здание не сохранилось, а нынешнее относится к 1827 году.

Как видно из надписи на её престоле, Казанская церковь построена в 1721 году усердием и трудами командира местного эстляндского гарнизонного полка князя Шаховского. Очень вероятно, что сей князь является славным предком Сергея Владимировича Шаховского, поборника православия на эстонской земле, силами которого был отстроен Таллинский кафедральный собор.

Год 1721, год основания церкви, замечателен для всей русской истории — это год окончания великой Северной войны, победы над шведами, в результате которой Таллин перешёл в руки Российской Империи. Тогда в Таллине (тогдашнем Ревеле) появились русские полки и моряки, для которых было необходимо построить православную церковь. Её освятили в день Рождества Богородицы, откуда и название церкви. Из Петербурга привезли копию почитаемой иконы Казанской Богородицы, которая и стала самой важной святыней храма. Есть предание, что сам царь Пётр посадил в 1721 году на месте храма тополь, который превратился в огромное дерево, погибшее всего несколько лет назад во время урагана. Вначале церковь была чисто военной, но и большая часть населения города состояла в то время из военных и их семей, потом образовался и гражданский приход, главным образом из простых рабочих людей. Казанская церковь никогда не была купеческой, богатой, но военные дали ей нечто особое, только ей и присущее, чего не встретишь ни в одной из церквей города. В храме несколько напоминаний о российской военной истории в виде мраморных плит, установленных здесь в память погибших за своё Отечество русских офицеров трёх ревельских полков во время турецкой и наполеоновской войн, а также во время японской кампании (см. текст внизу страницы).

Церковь — ровесница дворца Кадриорга и является старейшим деревянным зданием Таллина. Форма храма эклектична и сочетает как элементы православного храма, так и черты лютеранской кирхи в стиле барокко в виде латинского креста. Это подчёркивают низкий луковичный купол и высокая европейского типа башня — колокольня. Западные тенденции очень усилились в петровской архитектуре, и в интерьере храма преобладает барокко. Нынешний иконостас церкви, третий по счёту, относится к 1866 году. К сожалению, одно окно в тамбуре купола было заделано при перестройке, и в храме стало темнее. При входе в храм в левом кивоте находится икона святого Александра Невского, попавшая в храм из разрушенной церкви одноимённого кладбища.

Следует упомянуть ещё один знаменательный во внешней истории храма 1892 год, когда трудами и заботами своего тогдашнего настоятеля, священника Иоанна Харламова, частью на суммы церкви, частью же на средства инженерного ведомства храм был как извне, так и изнутри капитально отремонтирован. При этом святые, изображённые на куполе и стенах, почему-то, вероятно из скудости достояния, закрашенные в 1866 году масляной краской, были снова возобновлены. Тогда же графинею Люциею Гейден был построен на церковном грунте школьный дом для солдатских детей. К сожалению, этот дом не сохранился.

Всё в нашей жизни промыслительно, и действительно церковь в самом своём начале была приписана к военному полку, но в ХХ веке она стала обычной приходской церковью. Серый цвет храма напоминает цвет военного корабля, свидетельствуя о его изначальном духе. Серости, конечно, и так много в нашей жизни, и, к сожалению, данный цвет не очень подходящий. Мы не должны забывать, что в церковной традиции цвет играет важную символическую роль. Цвета облачений меняются в зависимости от праздников и постов. Таким ли был цвет церкви изначально — сказать трудно. Но богородичные церкви обычно были окрашены в сине-голубые тона, так как этот цвет является цветом Богородицы.

В наши дни из отдалённой промышленной окраины, чадящей множеством труб, месторасположение храма превратилось в центр города. При расширении улицы Лийвалайа часть церковной территории была экспроприирована. В Таллине появились и небоскрёбы — символы своего времени. И сегодня, как и прежде, человек тянется ввысь, но уже не к Богу, а к большим квадратным метрам. Но вот рядом с небоскрёбами стоит деревянный храм — немой свидетель четырёх эпох, окрашенный в тона военного корабля — памятник славы русскому оружию.

Хочется привести строки из статьи Чернявского по случаю двухсотлетия церкви в «Последних Известиях» 1921 года, свидетельствующие о некой роли этой церкви в деле братского единения русского и эстонского народов: «И вот Казанская, ставшая впоследствии гарнизонной, церковь, как видно из ея архивов и многочисленной переписки, из рода в род была немеркнущим светочем православия для многих и многих как светских, так и духовных семей. А хранящиеся в ней пыльныя, характерного написания, с прихотливыми, узорчатыми закорючками полуразборчивых выцветших букв старинные метрики пестрят как русскими, так и местными эстонскими и немецкими фамилиями. Капитан, лейтенанты флота, маленькие пехотные гарнизонные фендрики, солдаты и матросы из русских женились на ревельских эстонках и немках, обзаводились «худобишкой» — торговлями и домишками и навсегда оставались здесь, на новоявленной родине под смиряющей сенью «своей» маленькой деревянной церкви. Вы думаете, этого мало? Нет, это очень и очень, громадно много. И разве один Бог ведает скольким и скольким всецело обязаны мы, нынешние ревальцы, преемственным, благословенным трудам и мирному влиянию через многия и многия смешанные семьи — смягчающему разные трения, кроткому образу».

В 1907 году Казанская церковь из своего прежнего состояния гарнизонной была переведена 91-му пехотному Двинскому полку. После революции 1917 года, когда официальная Россия ушла, старая гарнизонная церковь, ставшая теперь приходской, очутилась перед роковой дилеммою — или активная помощь прихода, или же мерзость запустения. Тогда немцы хотели отдать церковь под склад, но прихожане отстояли свой храм. Церковь была спасена. Возник приходской совет. Были подняты усилия и проведены сборы и посильные пожертвования. Во время второй немецкой оккупации опасность была ещё большей, так как немцы захотели сдать церковные колокола. Они были найдены потом в порту и возвращены приходу, их не успели распилить и отправить в Германию.

В послевоенное время настоятелем прихода был священник Александр Осипов, весьма неоднозначная, но вместе с тем заметная фигура в церковной истории. В 70-х годах ХХ столетия случилось большое несчастье, когда ночью из церкви украли около 80 икон. Так как в то время в Эстонии было много пустовавших православных храмов, то из них привезли новые иконы.

Для православного человека эта церковь примечательна и тем, что здесь в течение многих лет настоятелем был Михаил Ридигер, отец нынешнего Патриарха. Нынешний Митрополит Таллинский и всея Эстонии Корнилий начинал своё дьяконское служение в этом храме.

Прошло 286 лет, но всё ещё стоит и нерушимо поддерживается старый, некогда военный гарнизонный храм, видевший в своих стенах изорванные боевые знамёна нашей русской славы. Можно было справедливо опасаться, что некому будет позаботиться и что старая церковь запустеет или перейдёт в чужие иноверные руки. К счастью, этого не случилось, и до сих пор эта удивительная церковь стоит на своём месте как свидетельство русской истории и верности Родине, как призыв к молитве Богу и исполнению его заповедей, простая в своей величественности, небесная и земная по своему значению.

В следующем году намечен очередной ремонт храма. Надеюсь, что нынешняя община нашего храма войдёт в его историю как достойная последовательница своих предшественников.

Священник Иоанн Христенко.

ПАМЯТНЫЕ ДОСКИ, НАХОДЯЩИЕСЯ В ХРАМЕ

Белая мраморная доска:

Офицеры 21-го и 3-го Егерского и 91 пех-го Двинского полков, убитые в сражениях и умершие от ран:

Белая мраморная доска:

Медная посеребренная доска:

Нижних чинов 21-го и 3-го ЕГЕРСКОГО ПОЛКА (ныне 91-й п. Двинский полк)

За выдающиеся военные подвиги чины полка получили 165 знаков отличия военного ордена.

За 100 лет существования полк провёл в походах против неприятеля 6 лет 3 мес. 15 дней.

В 1877/88 г. на войну с Турцией и в 1904/5 г. на войну с Японией из состава полка было отправлено в действующие армии около: 60 офицеров и 1000 нижних чинов, из числа коих многие были убиты или ранены.

Сост. Полк. Годунов 1910
Грав. Рядовой 8-й роты Васильев

Чёрная мраморная доска:

Командир Батальона Подполковник
Князь Иван М е л и к о в
Ранен в ночь с 5-го на 6-е ноября 1877 г. при штурме
Крепости Карса, умер от ран 6-го ноября 1877 г.

На той же доске на обороте сохранилась надпись:

Поручик Лео В и н т е р

Умер от ран, полученных при взятии Плевны 28 ноября 1877 г.

Две белые мраморные доски в аналоях:

† Подпор. Сергей Иванович С у к м а н
убит под Вафангоу 2 июня 1904 г.

† Подпор. Константин Павлович Л е м т ю ж н и к о в
убит у Тин-Хай_Ши в ночь 28/29 сент. 1904 г.

† Подпор. Виктор Фёдорович М и х а й л о в
убит у Тин-Хай-Ши в ночь 28/29 сент. 1904 г.

† Капитан Сергей Васильевич Ч и ж е н к о
убит у Бенсиху 29 сентября 1904 г.

† Подпор. Всеволод Александрович Ф р о л о в
убит на Шахэ 15 февраля 1905 г.

† Капитан Иван Константингович О с о к и н
убит у деревни Юхантунь 22 февраля 1905 г.

Эти доски, как скрижали памяти Матери-Родины, соединяют скромный древний Казанский храм, памятник русской воинской славы, с незабвенными могилами героев вдали от Родины, но во имя её благополучия положивших свою душу за други своя.

> В начало страницы <