Страстная седмица

Трудно человеческому сердцу и разуму, неподготовленным неделями Великого Поста, воспринять то таинственное и великое, что совершается в течение нескольких дней Страстной седмицы. Все то, что разлито в ежедневных службах целого года, все то, к чему подготовляют нас вступительные к Великому Посту недели, а затем и весь Великий Пост, здесь сконцентрировано до полной насыщенности. Чтобы не остаться посторонними зрителями и холодными наблюдателями того, что в эти дни совершается, и чтобы, с другой стороны, не изнемог человеческий дух от непосильных ему переживаний, нужно постараться вникнуть в то, что Церковь бережно собрала от апостольских времен и облекла в полные сокровенного и глубокого смысла формы богослужений Страстной недели.

Эти дивные слова и звуки – лучшие дары, принесенные из сокровищниц человеческого духа; они есть драгоценное мiро, возлитое на тело нашего Царя и Господа; они – тот златотканый покров, который Невеста-Церковь соткала своему возлюбленному Жениху-Христу. Как некогда волхвы принесли к ногам Младенца-Христа свои дары: злато, ливан и смирну – так на погребение Христа певцы принесли свои лучшие песни, поэты – стихи, богословы – чеканное слово догматической мудрости.

В богослужении Страстной можно различить три между собой чередующихся плана: план исторический, с его временами и сроками; план премирный или надмирный, в котором таится вечность и в котором лежит недоведомая и непостижимая человеческому разуму тайна Божества; и план человеческого сердца, где временное человеческое в минуты высших прозрений зрит и Божию предвечную славу и, прежде век сущую, – Божию премудрость. В переплетающихся мотивах церковной службы можно расслышать, как текут исторические события, как гремит о них пророческое слово и как бьется наше собственное сердце, изнемогающее под бременем таинственного, непонятного, дивного и страшного, что совершается в нем и пред ним. Стираются грани времени – душа переносится в вечность.

Начиная с Лазаревой Субботы, в которую вспоминается воскрешение Господом четырехдневного Лазаря и Вербного Воскресения, или Входа Господня в Иерусалим, церковные песнопения ведут нас по стопам Христа. С зажженными свечами мы таинственно участвуем в торжественном входе Царя Славы, грядущего на вольную смерть, и, с ветвями пальм или верб, при пении «Осанна» встречаем Его у врат Иерусалима. Вербное Воскресение есть уже наступление Страстной седмицы. Каждый последующий день этой седмицы приближает нас к великой, таинственной ночи Воскресения. Шаг за шагом сшествуем мы Господу нашему и Спасителю, и развертываются перед нами события одно за другим. На часах в первые три дня Страстной недели прочитываются все четыре Евангелия. Таким образом вся земная жизнь Спасителя, все дела Его, весь Новый Завет предносится взорам перед искупительной Пасхой. Сообразно с величием дней более торжественным становится и богослужение: за часами и вечерней следует Литургия Преждеосвященных Даров, которая в Великом Посту служится лишь по средам и пятницам, а на Страстной – в понедельник, вторник и среду. В Святой и Великий Четверг Церковь вспоминает Тайную Вечерю, на которой совершается то, о чем ранее говорил Учитель: «Хлеб, который Я дам, есть Плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира» (И. 6, 52). Это чудо преложения хлеба и вина в Тело и Кровь Иисуса Христа было чудом любви Его, продолжением чуда Его вочеловечения и таинственного соединения двух миров – Божеского и человеческого. По слову св. Кирилла Иерусалимского, через причащение верующие становятся «сотелесными и единокровными Христу». Это единение любви в общении Тела и Крови Христовых есть высшее исполнение церковного единства. И в этот день Церковь, повествуя об установлении Таинства Божественной Евхаристии, призывает и нас прийти насладиться бессмертной трапезы: «Вечери Твоея тайныя днесь, Сыне Божий, причастника мя приими…»

Через Гефсиманский сад, через двор Каиафы и претор Пилата мы подходим к Голгофе. Приближается ночь на Великий Пяток. Молящиеся зажигают свечи и как бы вступают в глубокую тьму Гефсиманской ночи. Начинается чтение 12 Евангелий. Еще в Иерусалимской церкви, в первые века христианства, служба эта совершалась всю ночь и Евангелие читалось в пяти местах: на Елеонской горе, где Господь учил учеников перед страданиями Своими; в Гефсимании, где Он был взят; и на Голгофе, где Он был распят. Во мраке ночи, со светильниками в руках, шли верующие по стопам Господа в непрестанной молитве. Чтение 12 Евангелий составлено из всех четырех Евангелистов. Кроме Евангельских чтений, вся служба поется в знак великого духовного торжества. Видя безмерное унижение своего Господа и Спасителя, Церковь вместе с тем зрит и славу Его: «Ныне прославился Сын Человеческий и Бог прославился в Нем». Среди скорби и величия этого дня раздается слабый человеческий вопль, обращенный к Божественному Страдальцу – вопль разбойника, распятого одесную Христа и постигшего Божественность сораспятого с ним и состраждущего ему Богочеловека. Как сердечный вздох всего мира вырывается этот «малый глас», и как бы ласка с неба для всего человечества слышится в ответе на него. Церковь подхватывает вопль «разбойника благоразумного» и вместе с ним взывает: «Во Царствии Твоем помяни нас, Господи, егда приидеши во Царствии Твоем». И вот свершилось. Иисус испустил дух. Любимый ученик Христов Иоанн, которому вручил Господь Свою Пречистую Матерь – тем усыновив Ей весь человеческий род, – уводит Ее от креста к себе домой. Иосиф из Аримафеи, благообразный советник, испрашивает тело Иисусово у Пилата и вместе с Никодимом обвивает плащаницею и полагает во гробе новом. По настоянию фарисеев, Пилат велит приставить ко гробу стражу, чтобы ученики не украли тело Иисусово. Словами «Они же шедши утвердили гроб, знаменовавши камень с кустодиею» заканчивается повествование о страстях Господа нашего Иисуса Христа.

Служба Великой Субботы

Вечерня Великой Субботы говорит о таинственном времени, отделяющем смерть Христа от Его воскресения, и передает о радостном и страшном событии сошествия Спасителя во ад. (Служба эта вдохновлена апокрифическим Евангелием Никодима). Память об этом сохранялась с первых веков в церковном предании и в песнопениях Великой Субботы выражена с потрясающей силой в поемых стихах, заканчивающихся словами: «Днесь ад стеня вопиет: попрана моя держава и того, чем я царствовал, – лишился» – таинственно сопрягая обе тайны распятия и воскресения, воздая славу Господу, Его Кресту и Воскресению. Вечерня Великой Субботы относится уже ко дню Пасхи, и песнопения ее одновременно воскресные и великосубботние. Шаг за шагом в последовательных ветхозаветных образах – паремиях – даются нам пророчества о воскресении Христовом – иногда ясно и очевидно (воскрешение сына вдовы Илией и отрока Елисеем), иногда символично (жертва Авраамом сына – жертва Бога Отца и послушание Христа; Иона во чреве китове). В конце 15-й паремии, при славословии трех отроков, среди пламени стоящих: «Господа пойте и превозносите во вся веки» – Царские Врата вновь открываются и из ветхозаветной истории вводят нас в вечное Царство новозаветной радости. Прокимен Апостола: «Вся земля да поклонится Тебе и да поет же имени Твоему, Вышний» – предвосхищает тайну избавления и прославления вместе с человеком и всей твари, а следуемое за ним Апостольское чтение раскрывает глубину совершившегося ныне «крещения в смерть Христову» (Рим. 6, 3-11) – «если же мы умерли со Христом, то веруем, что и жить будем с Ним. Почитайте себя мертвыми для греха, живыми же для Бога во Христе Иисусе, Господе нашем». Великая Суббота, бывшая в Ветхом Завете завершением миротворения, открывает собою в Новом Завете начало новой жизни во Христе, приобщение к которой возможно лишь через покаяние и «крещение во оставление грехов». В последующем тайнодействии Литургии предлагается причастие к вечной жизни и блаженству, обещанным Господом любящим Его.

Профессор протоиерей Василий Зандер. Париж.
Отрывной календарь Мартянова. (США).

> В начало страницы <