Новозаветные библейские тексты,
употребляемые в богослужении

Богослужение нашей Святой Православной Церкви есть кладезь божественной благодати, духовной мудрости и неисчерпаемый источник совершенства. Принимая участие в божественной службе, православный верующий каждый раз воспоминает всю историю христианства от сотворения мира и до настоящих дней. Ибо христианство включает в себя всю полноту божественного откровения, всю божественную истину. И для того, чтобы показать верным все величие, одухотворенность и спасительность православной веры, в молитвословия божественной службы входят словеса из Ветхого и Нового заветов.

Особое место в православном богослужении отводится чтению Святого Евангелия. Слово «евангелие» с греческого языка переводится как «благая весть», и этому благовествованию в службе придается особая торжественность. Уставные евангельские чтения предлагаются нашему вниманию на Литургии и на всенощном бдении.

Кроме уставного чтения Евангелия в богослужебные тексты вошли отрывки из Священного Писания в качестве самостоятельных молитвословий, употребляемых в определенные моменты богослужения. Так, известная с детства каждому христианину молитва Господня «Отче наш» есть пример совершенной молитвы, преподанный нам Господом Иисусом Христом. Первоисточником этой молитвы является Евангелие от Матфея. Кратко остановимся на сути и истории употребления молитвы Господней в богослужебной практике.

Традиция богослужебного пения в Церкви Христовой уходит своими корнями в века апостольские, в века первых христианских общин. Апостол Павел, назидая христиан Эфеса, показывает им в своем послании образ проведения Вечери Господней, или Евхаристии: «Назидая самих себя псалмами и славословием и песнопениями духовными» (Еф. V, 19). Своему ученику Тимофею, поставленному во главе Эфесской Церкви, Павел пишет: «Итак, прежде всего прошу совершать молитвы, прошения, моления, благодарения за всех человеков...» (1 Тим. II, 1). Нет сомнения, что уже апостолы читали молитву «Отче наш». А если мы учтем, что у первохристианских писателей «хлеб наш насущный» — это хлеб евхаристический, то можно предположить, что молитва Господня читалась во время хлебопреломления. И, как следствие, молитва Господня вошла в чинопоследование первых литургий Православной Церкви, откуда и вступила в поздние редакции Василия Великого и Иоанна Златоуста. Кроме того, «Отче наш» вливалась в чинопоследование служб суточного круга по мере их развития в Церкви.

Господь даровал верным право называть Бога — отцом. «Кто из святых человеков дозволил бы себе, содержимому в плену у диавола, такое воззвание к Богу? — очевидно, никто. Это мог дозволить один Бог. Он дозволил и даровал. Сын Божий, соделавшись человеком, соделал человеков сынами Божиими» (свт. Игнатий Брянчанинов), «...тот, кто называет Бога Отцом, одним этим наименованием исповедует уже и прощение грехов, и освобождение от наказания, и оправдание, и освящение, и искупление, и сыноположение, и наследие, и братство со Единородным, и дарование Духа, так как не получивший всех этих благ не может назвать Бога Отцом» (свт. Иоанн Златоуст, толкование на Ев. от Матфея).

Далее указывается место, где пребывает Отец, место, в которое возводится молящийся сын — «иже еси на небесех». Именно на небо, в горний мир должен стремиться молящийся; предлагается забыть все земное, временное и обратить свой взор к вечному.

«Да святится имя Твое», «ничего не просить прежде славы Отца небесного, но все почитать ниже хвалы Его — вот молитва, достойная того, кто называет Бога Отцом! Да святится — значит: да прославится. Бог имеет собственную славу, исполненную всякого величия и никогда не изменяемую. Но Спаситель повелевает молящемуся просить, чтобы Бог славился и нашею жизнью». (Свт. Иоанн Златоуст.)

Затем Господь повелевает просить Его царствия и совершения Его божественной воли на земле, как эта воля совершается на небе, в горнем мире. «Царствие Божие внутрь вас есть» (Лк. 17, 21), — говорит нам Священное Писание; и именно пришествия этого царствия в наши сердца следует просить у Бога. Царствие Божие пребывает в нас, когда наша греховная воля подчинена святой воле божественной, когда Сам Господь поселяется в нашем сердце, когда грех, страсти и пороки искоренены из нашего естества и Всемилостивый Господь Своим божественным промыслом ведет нас к вечной жизни.

Древние христиане под словом «хлеб» в молитве Господней в первую очередь понимали Таинство Причащения, ибо вкушение Тела и Крови Господа нашего Иисуса Христа есть первейшая наша потребность. «Не о пище гиблющей говорится здесь, говорится о пище, подающей жизнь вечную и вечно пребывающей, о пище новой, которую даровал человекам воплотившийся Сын Божий», — говорит святитель Игнатий Брянчанинов, и слово «насущный» означает, что хлеб этот по своему качеству превыше всего существующего.

Но под словом «хлеб» можно понимать и все наши насущные потребности, все, что нам требуется для нашей жизни. «Спаситель повелел молиться не о богатстве, не об удовольствиях, не о многоценных одеждах, не о другом чем-либо подобном, но только о хлебе, и при том о хлебе повседневном, так, чтобы нам не заботиться о завтрашнем, почему и присовокупил: хлеб насущный, т.е. повседневный. Даже и этим словом не удовлетворился, но присовокупил вслед за тем и другое: даждь нам днесь, чтобы нам не сокрушать себя заботою о наступающем дне». (Свт. Иоанн Златоуст, толкование на Ев. от Матфея.)

Далее Господь поучает нас не помнить обид, беззаконий и грехов наших ближних, и только тогда дерзать просить у Бога прощения своих собственных прегрешений, о чем свидетельствует Священное Писание: «Аще бо отпущаете человекам согрешения их, отпустит и вам Отец ваш Небесный» (Матф. VI, 14).

Молитва Господня оканчивается словами: «И не введи нас во искушение, но избави нас от лукавого». Под лукавым здесь подразумевается диавол — источник всякого зла и беззакония.

Далее из новозаветных библейских текстов, употребляемых в богослужении, следует выделить заповеди Блаженства, которые взяты из Евангелия от Матфея из пятой главы, они входят в состав третьего антифона, исполняемого на Литургии во время малого входа.

Песнь Богородицы — «величит душа моя Господа», которая исполняется перед девятой песней канона на утрене. Эта песнь взята из Евангелия от Луки из первой главы (стихи 46-55). Основной мыслью в Песни Богородицы является смирение — «яко призре на смирение рабы Своея» (Лк. 1, 48), и то, чего Матерь Божия достигла своим смирением — «се бо отныне ублажат Мя все роди» (Лк. 1, 48). Тем самым и мы, воспевая эту песнь, поучаемся смирению, а через стяжание смирения научаемся благочестию и добродетели.

Далее следует выделить молитву праведного старца Симеона «Ныне отпущаеши», которая входит в чинопоследование вечерни, эта молитва взята из второй главы Евангелия от Луки (стихи 29-32).

Еще в богослужебные песнопения Православной Церкви вошел фрагмент из архангельского приветствия Деве Марии — «радуйся, благодатная Марие, Господь с Тобою, благословенна Ты в женах» (Лк. 1, 28), — известный нам как песнопение великой вечерни «Богородице Дево»; и ангельское благовестие о рождестве Спасителя — «слава в вышних Богу и на земли мир, в человецех благоволение» (Лк. 2, 14), исполняемое в начале утрени.

Несомненно, что чтение Священного Писания во время богослужения требует к себе особого внимания со стороны молящихся, потому и предваряется возгласом «вонмем», призывающим к вниманию. Несомненно также, что и фрагменты библейских текстов, исполняемых чтецом или хором, достойны особого внимания и благоговейного страха, как слова Самого Христа.

Диакон Димитрий (Огольцов).